Василий I Дмитриевич

Биография

30 декабря 1371 года — 27 февраля 1425 года
Великий князь Владимирский и Московский (1389–1425), сын и наследник Дмитрия Донского.
Политическая обстановка в Московском княжестве в юные годы Василия Дмитриевича

Василий, родившийся 30 декабря 1371 года, был старшим сыном великого князя Дмитрия Ивановича Донского (1350–1389) и княгини Евдокии (1353–1407), дочери великого князя нижегородского и суздальского Дмитрия Константиновича. Брак между отпрысками двух враждовавших княжеских родов имел политическую подоплеку и был заключен 18 января 1366 года в Воскресенской церкви Коломенского кремля, знаменуя окончание междоусобной распри между Москвой и Суздалем.

Корни конфликта лежали в политике централизации, активно проводимой московскими князьями, начиная с Ивана Калиты. В то же время суздальские князья придерживались древних удельных порядков и предпочитали покровительство и данные взаимоотношения с татарами. Интересы Суздаля были направлены на укрепление собственной самостоятельности и развитие торговли, а отнюдь не на объединение русских земель вокруг Москвы.

В годы малолетства Дмитрия Донского отцу Евдокии удалось временно получить ханский ярлык на великокняжеский престол, но дипломатический талант знаменитого митрополита Алексия помог вернуть ярлык московскому княжичу. В 1365 году Дмитрий Иванович поддержал будущего тестя в борьбе за нижегородский престол, положив конец междоусобному конфликту. Зять и тесть действовали заодно вплоть до 1382 года, когда Дмитрий Суздальский поддержал напавшего на Москву хана Тохтамыша.

Несмотря на вышеизложенные обстоятельства, брак Дмитрия и Евдокии, продлившийся до смерти князя в 1389 году, был счастливым. Первенцем пары был умерший в младенчестве Даниил, вслед за ним на свет появились Василий и через три года – Юрий, будущий князь галицкий и звенигородский, которому суждено было стать главным политическим оппонентом наследников брата и его племянников.

Установление династической преемственности московских князей

Следует особо отметить ту значительную роль, которую сыграло в укреплении Московского государства учреждение института наследственной монархии. Первый шаг в этом направлении был ловко предпринят во время «Великой замятни» в Золотой Орде, начавшейся в середине XIV в.

После смерти Ивана Калиты в Орду съехались многочисленные претенденты на великокняжеский престол, но усилиями митрополита Алексия, воспользовавшегося нуждой Узбек-хана в русском серебре, ярлык получил старший сын Калиты Семен Гордый. Впоследствии в обмен на финансовую поддержку ханскую грамоту получил Иван Красный. Дмитрию Донскому пришлось силой отвоевывать свое право на великое княжение у суздальского князя, однако и в этом случае московским князьям удалось сохранить династическую преемственность вопреки лествичному праву.

После ухода мужа из жизни княгиня Евдокия продолжала играть важнейшую роль на московской политической арене и способствовала неукоснительному соблюдению очереди престолонаследия.

Благодаря умелому дипломатическому балансированию между враждующими ордынскими партиями, московским князьям, начиная с Ивана Калиты, удалось постепенно закрепить за собой передачу престола по родовой линии. Одним из последствий этого события стало усиление роли боярства в принятии политических решений.

Василий Дмитриевич не стал исключением. В своем завещании Дмитрий Донской без обиняков благословил сына великим владимирским княжением и, более того, прямолинейно высказался о данных взаимоотношениях с Белой и Синей Ордой: «А переменит Бог Орду, дети мои не имут выходу в Орду платить, и который сын мой возьмет дань на своем уделе, то тому и есть».

Таким образом, к концу XIV в. Орда оставалась политической силой, с которой надо было считаться, однако ее ослабление повлекло появление на арене других, не менее сильных противников Руси, таких как Великое княжество Литовское и генуэзские торговые представители. Их присутствие было необходимо учитывать при принятии государственных решений, поэтому в годы правления Василия I политическая сцена была многополярной и требовала осторожных сбалансированных решений. В этой связи показательно, что влияние боярского окружения на Василия Дмитриевича было довольно сильным, согласно документальным источникам.

Первые политические шаги Василия Дмитриевича

Одним из трагических последствий Куликовской битвы стало разорение в 1382 году Москвы войсками хана Тохтамыша. И хотя русская рать на Куликовом поле нанесла поражение врагу Тохтамыша темнику Мамаю, сложные политические взаимоотношения между многочисленными русскими князьями и Ордой привели к тому, что через пару лет хан решил проучить непокорных москвичей.

После разгрома Москвы вновь оживился ее давний политический оппонент, тверской князь Михаил Александрович. Еще до Куликовской битвы, в 1375 году, он получил от Мамая великокняжеский ярлык и попытался заявить права на Владимир. В тот раз его остановила мощная военная коалиция князей из Северо-восточной Руси во главе с Дмитрием Донским, но после разграбления Москвы ему, казалось, представился новый шанс. Он отправился на поклон в Орду к Тохтамышу.

Приглашение посетить хана поступило и Дмитрию Донскому, но боярский совет постановил, что ввиду сложившейся политической ситуации такое путешествие небезопасно. В связи с этим было решено отправить в Орду 13-летнего княжича Василия. И хотя планы тверского князя потерпели крах, молодому княжичу пришлось остаться среди монголо-татар в качестве заложника на долгие три года. Практика удерживания ближайших членов семьи политических противников была очень распространена в Средневековье и была призвана обеспечить взаимную приверженность достигнутым договоренностям. Формальным поводом для заключения Василия стал отцовский долг Тохтамышу в размере 8000 рублей.

Но в этот момент в судьбу Василия вмешалась политическая воля другого правителя, временно находившегося в опале. Речь идет о литовском князе Витовте, двоюродном брате могущественного великого князя литовского и в ближайшем будущем (с 1386 года) польского короля Ягайлы, родоначальника династии Ягеллонов. Поскольку позиции Витовта, то заключавшего союз с тевтонскими рыцарями, то склонявшегося на сторону вероломного родственника Ягайлы, были довольно шатки, то он стремился заручиться поддержкой будущего правителя Московии. Исторические свидетельства разнятся в вопросе о том, кто помог Василию бежать из ордынского плена, но так или иначе в 1385 году он оказался сначала в Молдавии, а затем на Волыни, где Витовт был наместником. В обмен на свое заступничество Витовт устроил помолвку своей единственной дочери и наследницы Софьи с московским княжичем. После этого, в 1387 году, Василий был беспрепятственно отправлен ко двору отца в сопровождении литовской свиты.

Начало правления Василия I

После кончины Дмитрия Донского Василий получил по духовной грамоте самые цветущие города, такие как Владимир, Переяславль-Залесский, Коломна и Кострома. Его династические притязания были подтверждены Тохтамышем, а ханский посол посадил Василия I на великокняжеский престол во Владимире. Подтверждение легитимности его прихода к власти со стороны Орды позволило Василию подчинить себе дядю, князя Владимира Андреевича, сперва также предъявившего права на престол.

В конце 1390 года в Москву прибыла литовская княжна Софья и, согласно ранее заключенной договоренности, в первые дни января 1391 года пара была обвенчана. Церемонию вел недавно назначенный митрополит Киприан, болгарин по происхождению и ставленник сначала Константинополя, а затем отчасти Витовта и сил, стремившихся к объединению двух славянских митрополий. В этом браке родились четверо дочерей и пятеро сыновей, причем четверо из последних умерли в раннем детстве или младенчестве. Лишь пятый сын, Василий, родившийся у Софьи в 44 года, выжил и стал наследником отца. Его малолетство создало предпосылки для политического кризиса в Московском государстве, разразившегося в первой половине XV в., поскольку другие сыновья Дмитрия Донского, в частности князь Юрий Звенигородский, заявили права на престол.

Все последующие годы правления князя Василия I можно охарактеризовать как попытки найти оптимальный баланс и выйти с наименьшими потерями из конфликтов в треугольнике Русь – Орда – Литва.

Внутренняя политика Василия I

Политика объединения русских земель под владычеством Московского княжества была незамедлительно подхвачена Василием Дмитриевичем. Уже на первом году правления он заключил договор с мятежным дядей, предусматривавший возможность расширения вотчины Василия за счет Мурома и Тарусы. В обмен на это Василий уступил Владимиру Андреевичу Волок-Ламский и Ржево.

В 1392 году, после того, как спокойствие на западной границе было закреплено браком с Софьей Витовтовной, Василий незамедлительно отправился в Орду, чтобы купить ярлык на Нижегородско-Суздальское княжество, а также Муром, Городец, Мещеру и Тарусу. Тохтамыш согласился на эту беспрецедентную сделку (ранее ярлыки давались лишь на выморочные земли) в обмен на обещание оказать ему военную поддержку в борьбе против «Железного Хромца» Тамерлана, столкновение с которым становилось неизбежным.

На обратном пути Василий силой посадил в Нижнем Новгороде своих наместников, причем московские бояре явились в сопровождении ордынских послов. Законный нижегородский князь Борис Константинович был низвергнут и отправлен в ссылку, где он скончался через год. Племянник незадачливого городецкого князя, Семен Дмитриевич попытался вернуть свое наследство, однако в 1401 году ему пришлось отказаться от притязаний. Со смертью последнего прямого наследника в 1402 году вопрос об отдельном престолонаследии в нижегородско-суздальской земле был закрыт.

С присоединением этих новых территорий в распоряжении Москвы оказался выход на торговые водные пути по Волге. Таким образом, в орбиту интересов Московского княжества вновь попали Двинские земли, принадлежавшие Новгороду. Первую неудачную попытку завладеть богатым краем, славящимся пушным и рыбным промыслами, предпринял еще Иван Калита.

Новая волна началась с требования митрополита Киприана вернуть ему судебную власть в Новгороде, отторгнутую по решению новгородского вече в 1385 году. Вскоре, в 1393 году,  противостояние митрополита и великого князя с одной стороны и новгородцев с другой обернулось кровавой расправой над московским доброхотом в Торжке. Василий сурово покарал виновных, учинив жестокую казнь 70 подозреваемых, привезенных с Севера в Москву. Испугавшиеся за свое финансовое благополучие новгородцы пошли на уступку Киприану. На втором этапе, в 1397 году, к Москве по Двинской уставной грамоте были присоединены Волок-Ламский, Торжок, Бежецкий верх и Вологда. Это произошло при поддержке князя Витовта, которого не устраивал договор, заключенный новгородцами с немецкими крестоносцами. Но, к сожалению для Василия, уже через год новгородские отряды отняли Двинские владения у Москвы, казнили изменников и обложили контрибуцией московских купцов. Витовт, чьи интересы к этому моменту сместились на юг, разорвал договор с Василием.

Новый виток интереса к северым землям возник у Василия в начале 1400-х гг., когда активная захватническая политика Витовта поставила под угрозу исконно русские Псков и Новгород. Жители этих городов сами обратились к московскому князю с просьбой о заступничестве, но он мог лишь осуществлять политику сдерживания набиравшего силу тестя, не вступая с ним в открытый конфликт. Василию пришлось закрыть глаза на захват Витовтом Смоленска в 1404 году. Город оставался в составе Великого княжества Литовского чуть более столетия.

Внешняя политика Василия I на Востоке

Вплоть до начала XV в. главные силы Орды были направлены на борьбу с Тамерланом, который наводил ужас на всю Среднюю Азию. После его ухода с ордынских земель, татарские ханы еще около 12 лет вели междоусобную борьбу. Благодаря этому первая половина царствования Василия I была поистине счастливым временем, когда он, во-первых, мог сконцентрировать свои силы на внутренней и западной политике и, во-вторых, смог наполнить казну за счет невыплаченной Орде дани. Исторические документы свидетельствуют, что Василий собирал средства на так называемый ордынский выход, чтобы по примеру западно-славянских территорий полностью снять с Московии бремя татарского ига.

По договоренности с Тохтамышем Василий в 1382 году привел войско на сражение с Тимуром у притока Волги, реке Кондурче, но предпочел оставаться в стороне, наблюдая за развитием событий. После того как ханские войска были повержены, а сам Тохтамыш бежал на правый берег Волги, Василий последовал за ним в низовья Камы и избежал столкновения с грозным Хромцом.

Военные действия между армиями Тамерлана и Тохтамыша продолжились в прикаспийских степях и волго-донском междуречье. В 1395 году победное нашествие Тамерлана поставило под угрозу Русь: после осады Ельца он намеревался двинуться на Рязань и Москву. Русские войска во главе с князем Василием выступили в Коломну, намереваясь дать бой на реке Оке. По инициативе митрополита Киприана, а по другой версии, благочестивой княгини Евдокии, для поддержания боевого духа в Москву из Владимира была доставлена чудотворная икона Владимирской Богоматери, по легенде списанная с творения евангелиста Луки. Согласно преданию в день, когда святыня крестным ходом была внесена под московские стены, Тамерлан неожиданно изменил свое решение и покинул пределы Руси. Историки склонные видеть в этом шаге не столько Божественное Провидение, сколько необходимость подавить восстание черкесов и осетин в тылу войска Тамерлана.

В то же время, в 1395 году бежавший в Литву Тохтамыш заключил тайный договор о союзе с Витовтом и о совместных действиях против Московской Руси и нового хана Золотой Орды Темир-Кутлуга. Последний поспособствовал среди прочего возвышению при своем дворе мурзы Едигея. В решающей битве на реке Ворскле в 1399 году объединенные силы Витовта и Тохтамыша были наголову разбиты. В результате Василий получил передышку в западной части своего государства и даже смог на короткое время вернуть контроль над Смоленском. Но, к сожалению, уже через 4 года окрепший Витовт вернул себе Смоленск и Вязьму и снова начал представлять угрозу для зятя.

Князь Василий был вынужден снова обратиться за помощью на Восток. К этому времени в Орде де-факто правил Едигей, назначивший в качестве хана малолетнего хана Пулад-Темира. Едигей потребовал от московского князя откуп и после полученного отказа предпринял карательный поход на Москву в 1408 году. По дороге татарские отряды разграбили Нижний Новгород, Ростов и Переяславль-Залесский. Осада Москвы продолжалась до тех пор, пока стороны не договорились о выплате отступных в размере 3000 рублей, и войска Едигея отбыли обратно в Орду.

В 1411 году Едигей скончался, и в Орде вновь наступила политическая смута. Видя ослабление позиций Москвы, нижегородские и тверские князья вновь вспомнили о притязаниях на великокняжеский престол и поехали в Орду на поклон за ярлыками. Василию I удалось усмирить эти волнения в течение последнего десятилетия его правления, и в 1419 году он назначил своим преемником сына Василия. Это решение было щедро проплачено и потому поддержано Ордой.

Внешняя политика Василия I на Западе

Несмотря на родственные связи, Василий и Витовт поддерживали отношения, которые лучше всего охарактеризует поговорка «плохой мир лучше доброй войны».

В 1392 году польский король Ягайло был вынужден признать автономию Литвы, во главе которой теперь был тесть московского князя. С этого момента началось возвышение Великого княжества Литовского, которое во время правления Витовта больше тяготело к православию по греческому образцу, нежели к католицизму. В связи с этим на раннем этапе дружественные отношения между государствами поддерживал митрополит Киприан, стремившийся к церковному объединению обеих конфессиональных ветвей.

Однако настроения сильно изменились, когда вскоре стало ясно, что Витовт стремится к захвату земель Русского Севера. Воспользовавшись напряженностью во взаимоотношениях Руси и Орды, великий литовский князь немедленно начал наступление на Смоленск и Рязань. Не имевший сил для борьбы по обе стороны от своей страны, московский князь был вынужден смириться с потерей этих русских областей. Василий даже принял приглашение ко двору Витовта в захваченном им Смоленске и организовал ответную торжественную встречу в Коломне, после того как войска Витовта прошли огнем и мечом по Рязанщине.

Истинные намерения Василия проявились в полной мере после поражения Витовта у Ворсклы: русский князь немедленно возобновил военные действия на Двинской земле. Но через короткое время баланс сил был снова нарушен не в пользу Василия, и ему пришлось отказать в помощи Пскову и Новгороду.

Василий и Витовт никогда не вступали в открытое сражение, однако три раза их войска сходились для битвы, и три раза было заключено полюбовное перемирие. Первое «стояние» произошло в 1406 году близ села Крапивны под Тулой, далее стороны сошлись в 1407 году на реке Плаве около Вязьмы. Самый серьезный конфликт, названный стоянием на реке Угре, случился в 1408 году: войска около полумесяца простояли друг напротив друга, после чего был заключен «вечный мир». Причиной для столь серьезных разногласий послужила поддержка, которую Василий оказал родственнику Витовта и Ягайлы, Свидригайле, дав ему на кормление Владимир и Переяславль. Несмотря на отдельные демарши, Василий не мог противостоять мощи Литовского княжества, тем более что в тот же год состоялось нашествие Едигея, представлявшее куда большую проблему.

Князь Василий Дмитриевич ушел из жизни в 1425 году, поручив жену и наследника заботам князя Витовта. Авторитет могущественного тестя был необходим для сдерживания внутренних междоусобиц на Руси в начале правления малолетнего наследника Василия II. Вмешательство Литовского княжества во внутреннюю политику Руси было довольно заметно не только благодаря присутствию Софьи Витовтовны и опосредованно ее отца, но и из-за значительного притока литовской аристократии к московскому двору.

Итоги правления Василия I


  • Сохранена династическая преемственность московских князей на великокняжеском престоле.
  • Продолжена политика собирательства земель под началом Московского княжества.
  • Отсутствие серьезных военных конфликтов на территории Руси.
  • Временный отказ от выплаты ордынской дани и умелое использование ордынской смуты в интересах Московского государства.
  • Возросшее влияние Великого княжества Литовского на внутреннюю политику Руси.
  • Неспособность противостоять натиску Литвы и захвату Смоленска и других северных русских городов.
  • Наметившийся раскол между митрополиями Киевской и Московской.

Имеет отношение к населенным пунктам:

Княжил в Москве в 1389–1425 годах. Продолжил политику собирательства земель под начало Московского княжества.
Княжил во Владимире в 1389–1425 годах.
На Рождество 1390 года венчался в Коломне с литовской княжной Софьей Витовтовной. Известны также его посещения города в 1392 и 1395 годах.
В 1392 году посещал Нижний Новгород, где перед этим был провозглашен князем Нижегородским.
Во время нашествия хана Едигея на Москву в 1408 году укрывался с супругой и детьми в Костроме.