Новодевичий монастырь

Действующая православная женская обитель – Новодевичий Богородице-Смоленский монастырь, более известный как Новодевичий монастырь. Памятник русского церковного зодчества XVI–XVIII столетий, объект культурного наследия. Расположен на Девичьем поле в самом конце исторической улицы Москвы Пречистенки.
История основания обители

Основание православных обителей на Руси со времен Владимира Святославича (Крестителя) стало тем богоугодным деянием, которое несло русичам яркий свет духовности. Первый в Москве женский Зачатьевский монастырь основал во II половине XIV столетия митрополит Московский Алексий, а уже в конце XIV века Москва обогатилась второй обителью – Вознесенским монастырем, основанным Великой княгиней Евдокией, супругой Дмитрия Донского.

Спустя почти полвека, 8 мая 1524 года Великий князь Московский Василий III Иоаннович украсил Москву еще одной обителью, которая, согласно патриаршей грамоте 1598 года, называлась Пречестной Великой обителью Пречистыя Богородицы Одигитрии Новым Девичьим монастырем. Новым монастырь назывался по отношению к двум, ранее основанным обителям – Зачатьевскому и Вознесенскому монастырям. На долгие три столетия Новодевичья обитель стала пристанищем для представительниц княжеского рода и женщин из самых известных и влиятельных семей Руси.

Судьба образа Пресвятой Богородицы Одигитрии (по-гречески – Путеводительницы, Наставницы), в чью честь был назван монастырь, удивительна с самого начала. Написан он автором одного из Евангелий и первым иконописцем апостолом Лукой в I веке н. э. и считается самым древним ликом Божьей Матери, хранившимся в храме Одигон в Константинополе. В Византийской империи было несколько особо почитаемых и бережно хранимых святынь православия – образ Богородицы – хранительницы Империи, ее пояс и священная Риза.

Святой образ Богородицы Одигитрии, как благословение на династический брак с князем «тавроскифов», как называли византийцы русов, принесла в древнерусское княжество дочь Византийского императора Константина IX Мономаха царевна Анна, в 1046 году ставшая женой черниговского князя Всеволода Ярославича. С тех пор святой лик Богородицы стал родовой реликвией русских князей, символом их объединения с Византией и залогом продолжения межгосударственных связей. В 1097 году князь Владимир Всеволодович Мономах построил в своем удельном городе Смоленске храм Успения Пресвятой Богородицы, куда и перенес святыню. С того времени икону стали называть Смоленской, Смоленск – городом Божьей Матери, а храм – ее Домом.

Смоленску, расположенному в стратегически важном месте – на пересечении путей с Запада на Восток, часто приходилось отражать набеги литовцев. Но благодаря чудотворной иконе город ни разу не был захвачен неприятелем. В 1237 году началось второе нашествие на Русь монголов, во главе которых стоял хан Батый. Первой от татаро-монгольских полчищ пострадала Рязань – после недельной осады она пала и была полностью уничтожена. А Смоленск, благодаря небесному заступничеству Богородицы, в 1239 году отразил натиск ордынцев.

До начала XV столетия город сохранял свой суверенитет, пока в 1404 году смоленский князь Юрий Святославич из рода Рюриковичей не преподнес чудотворную Смоленскую икону Великому князю Василию I Дмитриевичу, сыну Дмитрия Донского в качестве подданнического дара и прошения о заступничестве от Литвы. Как только святой образ был вывезен из города, Смоленск пал и на сто десять лет в нем воцарилось литовское господство. А чудотворный лик Пресвятой Девы Василий I Дмитриевич поместил в Благовещенском соборе Кремля справа от царских врат и целых пятьдесят лет москвичи молились у святого образа Путеводительницы.

В 1456 году жители Смоленска отправили к московскому князю Василию Темному архиепископа Смоленского Мисаила с прошением о возвращении городу чудотворной иконы. Мудрый политик, князь Василий Васильевич, правильно рассудив, что это послужит гарантией будущего воссоединения Смоленского и Московского княжеств, распорядился вернуть святой образ смолянам. Московские художники сделали с иконы точный список, и 18 января 1456 года в сопровождении Великого князя, высшего духовенства и жителей Москвы лик Божьей Матери с крестным ходом был вынесен из Кремлевского Благовещенского собора на Девичье поле, откуда в то время начиналась Смоленская дорога. После окончания торжественного прощального молебна икону Богородицы Одигитрии доставили в Смоленск. А точный список лика Богородицы занял место оригинала в Благовещенском соборе Кремля.

В противостоянии двух крупных политических соперников – Московского и Литовского княжеств за господство в Восточной Европе, начавшемся в XIV веке, то одна, то другая сторона путем военных кампаний или политических договоренностей и интриг присоединяла к своим территориям новые земли. В 1449 году между польским королем Казимиром IV и московским князем Василием II Темным был заключен договор о непритязании Московии на Смоленское княжество и в 1508 году княжество становится Смоленским воеводством в составе Великого княжества Литовского. Но уже с 1510 года после присоединения к Московскому княжеству Пскова спор за смоленские земли продолжил сын Ивана III ВасильевичаВасилий III Иванович. В 1514 году он с дружиной подошел к Смоленску, но сразу взять город не смог. Желание вернуть вотчину было так велико, что, предприняв несколько неудачных попыток, Василий III дал обет об основании православной женской обители на Девичьем поле и устроении в ней храма во имя Пречистой Богородицы, если получится отвоевать Смоленское приграничное княжество.

29 июля 1514 года началась осада Смоленска, с помощью чудотворного образа Пресвятой Девы закончившаяся ровно через сутки – литовский гарнизон сложил оружие и 31 июля смоляне присягнули на верность Московскому князю. На следующий день, 1 августа, в православный праздник Происхождения (изнесения) честных древ Животворящего Креста Господня князя Василия III c почестями встречали жители Смоленска, а епископ Варсонофий благословил его Смоленской чудотворной иконой.

Заботы о княжестве на целое десятилетие отодвинули исполнение обета об устройстве обители, данного Василием III перед взятием Смоленска. И вот в середине мая 1524 года, когда проснувшаяся после зимы природа примеряла новый зеленый наряд, в излучине Москва-реки, всего в трех верстах от Кремля, на Девичьем поле, памятном для жителей города месте, где более полувека назад прощались они с чудотворным ликом Пресвятой Девы, основал князь Василий III монастырь, в котором главным стал храм во имя Пречистой. Новой обители князь пожаловал серебром три тысячи рублей, земли, села и освободил от податей в княжескую казну. А в следующем, 1525 году, по его распоряжению в обитель с крестным ходом была перенесена чудотворная икона Богородицы Одигитрии. Василий III вместе с митрополитом Московским и Всея Руси Даниилом возглавлял торжественное шествие, народ московский с благоговением шел следом. И с тех пор в память об этом знаменательном событии, произошедшем 28 июля (10 августа) 1525 года, был установлен ежегодный праздник с крестным ходом из Кремля в Новодевичий монастырь, участие в котором принимали государи российские и высшее духовенство.

Царственная узница

История Новодевичьего монастыря богата разными событиями, в ней были и светлые страницы, и тяжелые, трудные времена, и нераскрытые тайны, до сих пор хранимые древними стенами. Одно из таких загадочных событий совпало по времени с основанием Новодевичьей обители. В 1505 году после смотрин 500 невест – боярских дочерей, князь Василий III женился на Соломонии Юрьевне Сабуровой. Их многолетний брак не принес князю детей и его мечты о долгожданном наследнике все не сбывались. Опасаясь, что сыновья братьев станут претендовать на княжеский престол, а у него так и не родится сын, он наложил запрет на женитьбу родственников до тех пор, пока у него не появится наследник.

Интересы княжеские перевесили интересы семейные – в 1523 году Василий III решил расторгнуть брак с Соломонией. В русской православной церкви это намерение князя вызвало большое недовольство и негодование – беспрецедентный по тем временам случай, имевший все предпосылки расшатать каноны православия, в которых семья всегда была на почетном месте. Воспротивившихся незаконному разводу видных деятелей тех лет Вассиана Патрикеева (русского политического и духовного деятеля), митрополита Московского Варлаама и публициста Максима Грека князь отправил в ссылку. Он все-таки развелся с Соломонией и вполне вероятно, что именно Новодевичий монастырь должен был стать последним земным пристанищем отвергнутой княгини. Возможно также, что основанием обители князь пытался искупить свою вину перед Всевышним за неправедное деяние свое, но истинных причин этого мы уже никогда не узнаем. Согласно летописи, в ноябре 1525 года княгиню силой постригли в монахини в Рождественском женском монастыре в Москве, нарекши ее Софией, а после отправили в Суздаль, подальше от ропота недовольных и пересудов о законности деяния князя. Василий III женился на юной дочери литовского князя Елене Васильевне Глинской, которая и подарила ему долгожданного сына – будущего царя Иоанна Грозного.

Обосноваться в Новой Девичьей обители инокине Софии так и не пришлось – после 17-ти лет забвения она мирно упокоилась и была погребена в суздальском Покровском монастыре. С начала XX столетия почитается русской православной церковью как святая София Суздальская.

В южной стороне Смоленского собора Новодевичьего монастыря устроен придел во имя преподобной Софии Суздальской, княгини – мученицы Соломонии, личная драма которой стала своеобразным предисловием к истории самой обители, связавшей с собой в дальнейшем судьбы многих представительниц царских и дворянских фамилий России.

Схимонахиня Елена

Для игуменства в монастырь на Девичьем поле князь Василий III призвал из суздальского Покровского монастыря схимонахиню Елену (Девочкину), благочиние и праведность которой почитал, веря, что ее молитвы обладают чудотворной силой. Со схимонахиней в Девичью обитель прибыли восемнадцать стариц, и монастырская жизнь потекла тихо и размеренно. Преподобная Елена ввела в монастыре общежитский устав, с древних времен предписывающий инокиням вести совместное хозяйство, вместе совершать молитвы и трапезничать. Прожив долгую, скромную жизнь в заботах о монастыре и молитвах, 18 ноября 1547 году преподобная Елена тихо отошла к Господу и была похоронена в Смоленском соборе в северной части алтаря.

Ее духовную грамоту (Устав) о сохранении монастырского общежительства исполняли все последующие игуменьи и насельницы обители. Но помимо этого Устав преподобной Елены стал первым описанием жизни в обители представительниц знатных московских родов, а также порицанием жизни их родственниц, часто навещающих затворниц. Тетушки и сестры монахинь подолгу жили в стенах монастыря и вели мирскую жизнь, не согласованную с общежитскими правилами. Игуменья Елена часто выступала против этого, что и нашло отражение в ее Уставе. Почитание игуменьи Елены в лике преподобных началось в середине XVII столетия, и после всех гонений на церковь и возрождения православия возобновилось в 1999 году.

Первые царственные затворницы

Статус монастыря как придворной обители прочно установился в годы правления первого Московского царя – Иоанна Грозного. В 1550 году умерла его двухлетняя дочь царевна Анна, которую и похоронили в стенах Новодевичьего монастыря. Спустя 14 лет, в 1564 году в обители приняла монашеский постриг вдова младшего брата Иоанна IV угличского князя Юрия Васильевича – Иулиания Палецкая (в иночестве Александра). Монашеская жизнь княгини почти ничем не отличалась от жизни мирской – у нее были свои кельи с домовой церковью, поварни, ледники, погреба и целый штат прислуги. Десять лет тихо, с молитвой на устах прожила княгиня в монастыре и в 1574 году ее душа мирно отошла к Богу.

В 1582 году ворота Новодевичьей обители раскрылись для другой родственницы царя – вдовы убиенного им сына царевича Иоанна Елены Ивановны Шереметьевой (в иночестве Леониды). 14 лет провела монахиня Леонида в монастыре и преставилась в 1596 году. Обе царственные инокини погребены в самом центре алтарного выступа Смоленского собора.  

С тех пор монастырь стал местом для придворных богомолий, где царь Иоанн Грозный часто замаливал свои грехи, коих в его жизни было немало. А после появления в обители царственных особ общежительный устав постепенно заменился на особножительный, более подходящий для высокородных насельниц.

Обитель при Борисе Годунове

6 января 1598 года преставился царь Федор Иоаннович, и его вдова, единственная законная царица Ирина Федоровна Годунова на десятый день после его смерти закрылась от мира в Новодевичьем монастыре и была пострижена в монахини с именем Александра. Наследников у Федора и Ирины не было, поэтому принятие царицей иночества де-юре было прямым отречением от престола. Ни уговоры иерархов православной церкви, ни слезные мольбы родственников не поколебали решения царицы. Вместе с ней в монастырь удалился и ее родной брат, будущий царь Борис Годунов. Московские бояре и простой люд трижды били челом перед стенами монастыря, пока Борис не согласился принять царские жезл и скипетр. Московский патриарх Иов благословил Бориса на царство, но еще четыре месяца самодержец жил в стенах обители, откуда и вел управление делами.

Первый период расцвета монастыря пришелся на годы правления Бориса Годунова. Царь благоволил обители, поэтому для вдовствующей царицы Ирины были построены отдельные кельи, названные позже Ирининскими палатами с домовой церковью и трапезной. В Смоленском соборе устроили новый иконостас, иконы одели в дорогие оклады, полностью обновили настенные росписи. Царица-инокиня проживала в монастыре со всем своим двором и службами. В 1603 году она умерла, а все ее имущество Борис Годунов передал обители.


Оплот рубежей Московских

Монастырь, расположенный в важном стратегическом месте – на западных подступах к Москве, до возведения каменных стен не был достаточно укреплен и не мог служить надежной крепостью. В 1571 году он был сожжен ханом Дивлетом I Гераем. Борис Годунов, желая превратить обитель в неприступную крепость и этим обезопасить резиденцию вдовствующей царицы, возвел вокруг монастыря каменные стены с высокими башнями, оборудованными бойницами для пушек и мушкетов. Общий периметр мощных стен с башнями составил немногим меньше километра, высота башен доходила до 13 метров, а толщина стен - до трех метров. Для несения постоянной службы в монастырь был командирован гарнизон стрельцов, разместившийся в караульных помещениях возле каждой башни.

На рубеже XVI–XVII столетий в обители проживали 122 старицы, из них 20 монахинь из известных боярских семей: Шереметьевых, Пронских, Плещеевых, Мещерских, Охлебининых и других знатных родов. Деньги на их содержание выплачивались из государевой казны, а из царского Приказа и Дворца покрывались расходы на воск, просфоры, дрова, соль, бочечную рыбу. Обитель владела многими селами, находящимися во Владимирском, Рузском, Угличском, Ростовском, Московском и других уездах. Пеклась о благоустройстве монастыря игуменья, а насельницы разделялись на два чина – старицы из боярских родов и певчие «большие крылошанки» и старицы из родов попроще и «меньшие крылошанки», хозяйственные дела лежали на плечах келаря.


Смутное время для обители

В начале XVII века для Московии настали тяжелые времена. Царство погрузилось в Смуту – непростой период экономического, политического кризиса, осложненного польско-шведской интервенцией. Обитель-крепость приняла под своими сводами многих представительниц царской крови, втянутых в борьбу за престол. В 1610 году в Новодевичьем монастыре нашла пристанище дочь Бориса Годунова и Марии Скуратовой-Бельской царевна Ксения, принявшая постриг с именем Ольга. Присоединилась она к дочери двоюродного брата Иоанна Грозного Марии Владимировне Старицкой (в монашестве Марфе), пребывающей в монастыре с 1585 года. Последней царственной жертвой Смутного времени стала вдова царя Василия Шуйского Мария Буйносова-Ростовская (в иночестве Елена), помещенная в обитель в 1615 году.

С 1610 года по 1612 год монастырь несколько раз переходил от русских к полякам. А когда в очередной раз обитель заняли казаки-изменники под началом Ивана Заруцкого, они, предварительно вынеся всю церковную утварь и надругавшись над инокинями, дотла выжгли ее.
 
Благоволение Романовых

В 1613 году на российский престол взошел первый государь из династии Романовых – Михаил Федорович. К середине XVII века его заботами и усердием Новодевичью обитель восстановили, укрепили, освободили от казенных податей, наделили новыми вотчинами и одарили денежными пожертвованиями. В 1656 году в Россию прибыл патриарх Антиохии Макарий III, и Московский патриарх Никон с гордостью водил его по Новодевичьему монастырю. К его утверждению, что это самый богатый и процветающий монастырь в России, присоединился и сын Макария III, присутствовавший там вместе с отцом. Его воспоминания были полны очарования от увиденного.

К началу XVIII столетия монастырь владел богатыми вотчинами, разбросанными от Нижней Волги до Онеги, в которых проживало 15 тысяч душ крепостных, подворьем в Кремле и слободой вдоль Пречистенки со 127 ремесленниками. В штате монастыря числились ведущие хозяйственные дела подьячие и приказчики.

Со времен Василия III установилась традиция накануне праздника Смоленской иконы Одигитрии царской семье с двором и приближенными выезжать на богомолье в Новодевичий монастырь. Девичье поле превращалось в шатровый лагерь, откуда государи и свита ходили на молебны в обитель. После праздничной службы устраивались общие обеды, на которых угощали и одаривали монастырских стариц, а на Девичьем поле устраивались народные гуляния.

Похожие богомолья совершались и после празднования Пасхи, когда был основан монастырь. После торжественного праздничного богослужения процессия с крестным ходом шла к колодцу Вавилон, расположенному недалеко от обители. Интересна история названия колодца. Предание гласит, что именно на этом месте изначально хотели устроить обитель, но внезапно из-под земли забил родник и строительство пришлось перенести немного далее. Со временем родник обнесли срубом, и он превратился в колодец, а свое название он получил по аналогии с Вавилонской башней, которую тоже начинали строить, но ее возведение так и не было завершено.

Девицы в темнице

Для многих царственных представительниц Новодевичья обитель стала настоящей тюрьмой. В 1689 году там насильственно постригли в монахини с именем инокини Сусанны и пожизненно заточили сестру Петра I царевну Софью. Чуть позже такая же участь постигла и ее сестер – царевен Евдокию и Екатерину.

В 1698 году приняла постриг и была отправлена в Покровский монастырь Суздаля первая жена Петра I – царица Евдокия Федоровна Лопухина (в иночестве Елена). В 1727 году Петр II вернул ее поближе к Москве, и до 1731 года она вела тихую жизнь в Новодевичьем монастыре. Царице-инокине были предоставлены отдельные просторные кельи, позже получившие название Лопухинских палат.

В 1724–1725 годах в обители открыли приют для 250 девочек-сирот и подкидышей, которых выписанные из голландских монастырей наставницы обучали шитью и плетению кружев. В те же годы в стенах монастыря начала действовать больница для заслуженных воинов и появилось монастырское кладбище.

Во время Отечественной войны 1812 года французы больше месяца находились в древней обители, многие ценности из которой оказались пропавшими после их ухода. По преданию, покидая обитель, они заложили бочки с порохом во всех помещениях и подожгли фитили. Но благодаря заступничеству самой Пресветлой Богородицы, мужеству игуменьи Мефодии, старицы Сарры и насельницам, с упорством тушившим занимающийся пожар, православная обитель была спасена.

Опаленная XX веком

К началу XX столетия Новодевичий монастырь считался лучшей из столичных обителей. Более трехсот монахинь и послушниц трудились в церкви, трапезной, хлебной, погребах, рукодельной и живописной мастерских. Два приюта для престарелых монахинь содержались на средства жертвователей. За монастырскими стенами находились огороды, сады и скотный двор, обеспечивающие насельниц молоком, овощами и фруктами. Работала приходская школа, училище для девочек-сирот, выстроенное на пожертвования дочери В. И. Филатьева, захороненного на монастырском кладбище.

Тихую неспешную жизнь в обители прервала Первая Мировая война. Инокини шили белье для солдат, собирали посылки на фронт, многие из них стали сестрами милосердия. Вскоре грянула Октябрьская революция, и обитель в полной мере испытала «победоносное шествие» власти рабочих и крестьян. В 1918–1919 годах советскими декретами были закрыты Филатьевское училище, приходская школа для девочек, приюты для пожилых монахинь. До 1922 года службы в обители еще продолжались, пока ее окончательно не закрыли. На базе монастыря заработал Музей эпохи правления царевны Софьи, в 1934 году переименованный в Музей раскрепощения женщин.

В том же 1934 году Новодевичьему монастырю был присвоен статус филиала Государственного исторического музея. В 1943 году в Лопухинских палатах открылись курсы богословия, в 1944 году – институт богословия, позже реорганизованный в Духовную академию.

В тяжелые годы Великой Отечественной войны атеистически настроенное руководство страны для поднятия духа ее жителей позволило проводить богослужения в церквях и соборах, поэтому в 1944 и 1945 годах в надвратном Преображенском и Успенском трапезном храмах начались церковные службы.

С 1964 года и до наших дней в Лопухинских палатах находится резиденция митрополитов Крутицких и Коломенских.

Вторая половина XX века стала временем возрождения православной обители. Реставрационные работы в храмах и постройках монастыря инициировал Государственный исторический музей, и к началу 90-х годов прошлого века старинная обитель приняла свой первоначальный вид. За исключением одного – монастырь был красив, но пуст, его душа – монахини и послушницы не возносили к небесам свои молитвы. И вот в 1994 году с благословения митрополита Крутицкого монашеская община возродилась. Сейчас в обители подвизаются 30 сестер, и в старинных стенах, как и сотни лет назад, звучат благозвучные церковные песнопения.

В 2004 году архитектурный ансамбль монастыря был включен в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. В марте 2010 года Новодевичий монастырь был передан в бессрочное и безвозмездное пользование Московской епархии. Возрождаются древние традиции, действуют швейная и иконописная мастерские, послушницы трудятся на подворьях, выращивая овощи и фрукты. На праздничные и ежедневные богослужения собирается множество паломников и туристов.

Архитектурное ожерелье обители

Свой неповторимый архитектурный облик монастырь обрел в годы правления царевны Софьи (1682–1689 гг.). Обитель служила опальной царевне резиденцией, которую она всячески украшала. Вокруг доминанты монастыря – Смоленского собора выросли златоглавые храмы, образующие правильной формы крест, вытянутый к востоку. А в ансамбле с колокольней, Лопухинскими и Ирининскими палатами, надвратными церквями с трапезными, мощными стенами с 12 башнями, увенчанными декоративными коронами удивительный облик обители Пресвятой Одигитрии был полностью завершен.

Самая старая каменная постройка – пятиглавый Смоленский собор с уникальной настенной росписью и иконостасом конца XVI века возвышается в самом центре монастыря. Он возведен по образцу собора Успения Пресвятой Богородицы в Кремле. Самая известная и почитаемая святыня, находящаяся в соборе – икона Смоленской Богородицы, список середины XV века. В стенах собора нашли вечное упокоение сестры Петра I – Софья, Екатерина и Евдокия.

Следующими по времени постройки являются Ирининские палаты, возведенные в середине XVI века для царственной затворницы – Иулиании Палецкой, и перешедшие по наследству царице Ирине Годуновой. Обе женщины, по Божьему провидению в иночестве носили имя Александра.

Успенская церковь с трапезной палатой, окруженная открытой каменной галереей (1685–1687 гг.) изначально была пятиглавой, но пожар 1796 года уничтожил главы, а галерею за ветхостью разобрали в середине XIX века. Здание приняло свой теперешний облик после проведенных под руководством архитектора Казакова реставрационных работ.

Церковь Преображения Господня выстроена над северными воротами в 1687-1688 годах и является одним из символов монастыря. Храм кажется плывущим над обителью. Иконостас выполнен резчиком по дереву, иконописцем II половины XVII века Карпом Золотаревым.

С западной стороны к Преображенской церкви примыкают Лопухинские палаты (1727–1731 гг.), построенные для первой жены Петра I – Евдокии Лопухиной (в иночестве Елены).

Над южными воротами возвышается трехглавая Покровская церковь (1683-1688 гг.), в боковых главах которой находятся звонницы. В древности южные ворота служили главным въездом в обитель и были хорошо видны со Старой Смоленской дороги.

С восточной стороны к Покровской церкви примыкают белокаменные Мариинские палаты, выстроенные для дочери царя Алексея Михайловича – Марии, которая жила в них в конце XVII века.

В одно время с Мариинскими и Лопухинскими палатами в обители появились корпуса для монахинь и послушниц. С северной стороны к стене примкнули Певческие палаты, названные так по их насельницам – монахиням «крылошанкам». С южной и восточной стороны выросли каменные Больничный и Казначейский корпуса.

72-метровая колокольня стала последней постройкой, возведенной в годы правления царевны Софьи. Каждый из шести ярусов колокольни украшают галереи с балюстрадами из белого камня. На третьем и пятом ярусах располагались звонницы. Нижний ярус занимала церковь прп. Варлаама и Иоасафа, связывающаяся с покоями царевны Евдокии (сестры Петра I). На втором ярусе был устроен придел Иоанна Богослова, в начале XIX века перенесенный в трапезную Успенской церкви.

У южной стены обители во II половине XVI века возвели Амвросиевскую церковь, изначально освященную во имя Иоанна Предтечи. В 1770 году архиепископ Московский Амвросий переосвятил ее во имя своего небесного покровителя – миланского проповедника Амвросия Медиоланского, крестившего блаженного Августина.

В 1911–1917 годах недалеко от Смоленского собора появилась часовня фабриканта И. Я. Прохорова, ставшая усыпальницей для него и членов его семьи. В монастыре долгие годы жила сестра фабриканта, а сам он много благодетельствовал обители.

Благодаря Борису Годунову на рубеже XVI–XVII столетий обитель окружили мощные стены с башнями и пристроенными к ним караульными помещениями. По четырем углам расположились башни круглой формы: Никольская, Напрудная, Сетуньская и Чеботарная. Остальные 8 башен – Иоасафовская, Затрапезная, Лопухинская, Предтеченская, Покровская, Саввинская, Царицынская и Швальная – четырехугольные. Каждая из башен увенчана каменными зубцами, напоминающими короны.

Одним из интересных мест обители, бесспорно, является Новодевичье кладбище, примкнувшее к южной стене в начале XVIII века. Под старинными надгробиями покоятся насельницы монастыря, представительницы знатных русских родов. С XIX века под сенью некрополя стали хоронить поэтов, писателей, музыкантов, видных государственных деятелей. На Новодевичьем кладбище покоятся: князья-декабристы Дмитрий и Сергей Волконские, генерал Степан Апраксин, писатели Николай Гоголь, Николай Островский, Антон Чехов, герой Отечественной войны 1812 года Денис Давыдов, меценат, основатель Третьяковской галереи Павел Третьяков, композитор и поэт Александр Вертинский, российский пианист Святослав Рихтер, певец Федор Шаляпин, режиссер и реформатор театра Константин Станиславский, естествоиспытатель и общественный деятель Владимир Вернадский и многие другие известные личности, прославившие Россию в разных областях ее жизни.

Идут годы, и Новодевичья обитель, как и почти пять сотен лет назад сверкает золотыми куполами храмов, так же устремлен ввысь купол колокольни, так же разливается по окрестностям малиновый перезвон колоколов, так же возносят к Господу молитвы о России инокини самой красивой старинной московской обители.